Сотни миллионов под арестом: 12-й Арбитражный апелляционный суд отказался снять «персональные санкции» с лиц, контролировавших АО «НВКбанк»

Сотни миллионов под арестом: 12-й Арбитражный апелляционный суд отказался снять «персональные санкции» с лиц, контролировавших АО «НВКбанк»

Источник фото: pexels.com

Громкое банкротство АО «НВКбанк» – некогда одной из самых стабильных саратовских кредитных организаций – началось после отзыва лицензии в январе 2020 года.

Дыра на 10 миллиардов

Банк входил в группу компаний «Букет», подконтрольную «майонезному королю» – бизнесмену Владиславу Бурову, и возник в Саратове еще на заре рыночных перемен. Бурову принадлежало 19,99% акций банка, он являлся председателем наблюдательного совета и занимал пост президента ГК «Букет».

Центробанк, отзывая лицензию, указал, что более 65% кредитного портфеля банка составляли проблемные ссуды, а основным источником фондирования являлись вклады населения. На тот момент активы НВКбанка составляли 9 млрд рублей, а обязательства — 9,6 миллиарда, однако после анализа, проведенного Агентством по страхованию вкладов (АСВ), которое банкротит кредитные организации, в балансе обнаружилась дыра в размере 2,25 млрд рублей.

Помимо АСВ, банкрота проверяла и прокуратура, которая выявила, что с 2016 по 2017 год из финансового учреждения целенаправленно выводились активы на сумму 2,9 млрд рублей. Деньги выдавались в кредит сомнительным компаниям, после чего уходили на счета «технических» фирм и обналичивались. Да и вообще процветала не только выдача технических ссуд, но и манипуляции с безнадежными долгами, которые переводились в дебиторку, нередко происходило и возвращение залогов при непогашенных обязательствах.

Все это закончилось уголовным делом, под подозрение в крупном мошенничестве попал председатель правления банка Владимир Кравцев. Сначала банкиру пришлось посидеть в СИЗО, но после суд изменил меру пресечения на домашний арест. 

В поле зрения правоохранителей попала и компания «Меркурий-Л», которая получила от банка кредит в размере почти 280 миллионов рублей, хотя имела весьма скромную выручку. В итоге областная полиция возбудила уголовное дело о мошенничестве в отношении неустановленных лиц, действовавших от имени этой фирмы. 

Активно и нередко безвозвратно в банке кредитовались и компании, как говорят, так или иначе связанные с Владиславом Буровым. Все в совокупности породило в 2021 году еще одно дело, возбужденное областной полицией по факту – по части 1 статьи 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями лицом, исполняющим управленческие функции в коммерческой организации, вопреки ее интересам и ради собственных выгод) и ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата). 

Как известно, банк активно привлекал средства «физиков», а потому за возмещением своих потерь еще в 2020 году звали около 16 тысяч вкладчиков, на которых АСВ выделило 8,5 млрд рублей. Положены были выплаты и 570 представителям малого бизнеса, правда, на них была выделена сумма куда скромнее – 140,3 млн рублей. А вот средние и крупные компании, державшие на счетах в банке более 870 млн рублей, могли рассчитывать только на выручку от реализации имущества банкрота.

Особый трэш

По нынешним временам не такие уж огромные цифры, особенно для банковских организаций, однако процедура в локальном провинциальном банке оказалась полной страсти и огня. Особый драйв привнес начатый ранее процесс финансовой несостоятельности масложирового гиганта ГК «Солнечные продукты» в интересах ГК «Русагро». Многочисленные члены холдинга имели счета в корпоративном НВКбанке, а потому конкурсные управляющие с майонезных «полей» отметились и в данной процедуре. Причем саратовский арбитраж к пожеланиям конкурсных управляющих «соседнего» банкротства относился необыкновенно чутко.

В том же 2020 году Арбитражный суд Саратовской области дважды чувствительно ограничивал в правах кредиторов и должников банка, а также его конкурсного управляющего в лице Агентства по страхованию вкладов (АСВ) –  весьма весомой госкорпорации. 

Так, суд запретил конкурсному управляющему АО «НВКбанк» заключать мировые соглашения и соглашения о реструктуризации долга с заемщиками банка, приостановил действие уже заключенных мировых соглашений, соглашений о реструктуризации долга и допсоглашений с рядом клиентов банкрота. Обеспечительные меры были наложены по требованию конкурсного управляющего Торгового дома «Солнечные продукты» Андрея Тулькина и частично отменены только в середине следующего года.

Вторая линия в остросюжетном действе – сделки на сотни миллионов рублей, впоследствии признанные судами недействительными. Вывод активов под видом выдачи кредитов, а также манипуляции с отчетностью оказались роковыми для одного из старейших банков региона, о чем в свое время и сообщал Центробанк. Причем незадолго до отзыва лицензии чистки реестра и освобождение важных клиентов от долговых обязательств шли в особо крупных масштабах. Все это затем вскрывалось и оспаривалось в ходе конкурсного производства. Первой жертвой прямо в том же 2020 году стал известный в прошлом партийный строитель экс-депутат гордумы Саратова Алексей Березовский и его ООО «Сартехстрой». 

Суды двух инстанций признали недействительными сделки по погашению долговых обязательств компании перед банком на сумму свыше 250 млн руб., восстановили обязательства перед банком почти на 100 миллионов, вернули кредитному учреждению залоги и восстановили обязательства поручителей. Эти решения вступили в силу и положили начало длинной череде возвращений заемщиков и обязательств. 

На хлеб и воду?

Наконец, третий сюжет в этой нашумевшей истории – солидная недвижимость, записанная на банкрота, и богатства контролирующих его лиц. Еще в ноябре 2021 года Агентство по страхованию вкладов потребовало возмещения убытков с председателя правления банка Владимира Кравцева, зампреда правления Алексея Подлеснова, акционера, главы наблюдательного совета Владислава Бурова, члена правления Алины Бондарь, главбуха Аллы Пакиной и начальника управления кредитования корпоративных клиентов Маргариты Сахновой.

АСВ обвинила контролирующих лиц в том, что по их поручению «обеспеченная ссудная задолженность замещалась на безнадежную ко взысканию», из банка выводились ликвидные залоги. Причиненные убытки АСВ оценило в разные суммы и предъявило разные требования. В итоге у бывшего хозяина «Солнечных продуктов» весьма состоятельного Владислава Бурова под арестом оказались имущество (включая денежные средства) и имущественные права на сумму 94,4 млн рублей. Это самая маленькая сумма, остальные пострадали куда серьезнее: так, у Алексея Подлеснова арестованы активы (имущество, деньги и имущественные права) на 295,2 млн руб, у Алины Бондарь на 199,4 миллиона, Маргариты Сахновой на 290,1 миллиона, Владимира Кравцева – на 278,6 миллиона, Аллы Пакиной на 239,9 млн рублей. 

У всех топ-менеджеров и бывшего майонезного олигарха свободными от ареста остаются только поступления на счета в размере прожиточного минимума лично для него и находящихся на его иждивении. Такое решение вынес в марте 2022 года областной арбитраж.

Но не все захотели ставить над собой экстремальные опыты и пытаться выжить на официальном прожиточном минимуме. Бывший главбух Алла Пакина и экс-зампред правления Алексей Подлеснов подали апелляционную жалобу. Подлеснов указал, что из-за ареста, наложенного на его денежные средства, страдают находящиеся на его иждивении родители, у которых тяжелое заболевание. Алла Пакина подчеркнула, что осталась без средств к существованию, кроме того, один из арестованных активов ей не принадлежит. Оба заявителя считают, что их действия не нарушали Закон о банкротстве и не являлись причиной краха НВКбанка.

Однако 12-й ААС оказался глух к этим доводам. Не далее как 20 мая был опубликован полный текст отказного постановления, где сказано, что бывший зампредправления банка не представил доказательства, что родители находятся исключительно на его иждивении и не имеют иных средств к существованию, в том числе превышающих размер прожиточного минимума. 

Довод Аллы Пакиной о том, что судом наложен арест на имущество, которое ей не принадлежит (оно было подарено родственнику), суд апелляционной инстанции отклонил, сославшись на судебных приставов, которые при исполнении акта определят, что кому принадлежит. 

Что же касается разбирательств, кто и в какой степени повинен в крахе НВКбанка, то проводить их будут явно не сейчас. Ведь обеспечительные меры «являются ускоренным средством защиты», для их применения конкурсному управляющему «достаточно подтвердить разумные подозрения», которые основаны на обычной практике, когда лица, которых могут привлечь к субсидиарной ответственности, скрывают свое имущество.

Будут ли бывшие топы НВКбанка продолжать свой поход за справедливостью, пока неизвестно. 

Справочно. Помимо Владислава Бурова, 19,9% акций банка имела компания «БС Трейд», АО «ТД «Янтарный», ООО «Фаррэл», АО «Неми» и АО «Ловир» имели примерно по 9,9%, АО «Онтарио» и ЗАО «Гурон» – по 10%. 

Евгений Иванов

Комментарии (0)

Оставить комментарий